ПОЛЯНА СКАЗОК, НОВАЯ МАСТЕРСКАЯ И СОСЕДИ. ЛЕСНИЧЕСТВО, ИЛИ САНАТОРИЙ, В КОТОРОМ ВЫРАЩИВАЮТ РЕДИС.

ПОЛЯНА СКАЗОК

Идёт-гудёт Зелёный Шум,

Зелёный Шум, весенний шум!

Да, да! В «Лосиный остров» пришла весна! Стоит май. Всё лесничество одето в белый наряд. Всеобщее ощущение праздника отражено на лицах людей, гуляющих в парке. А у меня двойной праздник. Главное сегодня – это установка сделанных за зиму и весну скульптур. Это наиважнейшее событие в моей жизни. Вспоминаю музеи и выставочные залы, множество которых я исходил за свою жизнь. Там я знакомился с художниками, выставлявшими свои скульптуры. Обычно это было одно, максимум два, три изделия. Удивлению моему не было предела, ждать ещё год, а то и два новой выставки. А вдруг приёмная комиссия не пропустит вашу вещь. Друзья мои, но почему же вам не выйти на пленэр и не поставить ваши изделия где-нибудь в сквере или парке. Во-первых, это может быть постоянной экспозицией, а во-вторых, представляете, какое количество зрителей будут лицезреть и любоваться вашими скульптурами. О мелких изделиях мы не говорим, здесь есть проблемы, но крупные вещи должны украшать город, его проспекты и улицы. Я тоже побывал в этой шкуре, то есть выставлялся пару раз. И вот тогда-то и появились эти мысли.

Где поставить скульптуры? С этим вопросом я ходил по лесопарку всю зиму. Остановил свой выбор на круглой поляне неподалёку от входа в парк. Название пришло само – «Поляна сказок», так как первые изделия были задуманы по сказкам. Выбор места был обусловлен тем, что далеко вглубь леса ходят немногие родители с детьми. И ещё немаловажным фактором были восемь дорог, симметрично разрезающие, как праздничный пирог, выбранную поляну. В образовавшихся секторах мы и решили поставить скульптуры. В команду вошли два лесника Анатолий и Николай, большие знатоки по замесу бетона. Когда мы выезжали, а передвигались мы на телегах с лошадьми, к нам присоединился помощник лесничего Геннадий Дмитриевич, причём по собственному желанию. А почему на телегах, так на них удобнее производить погрузку и выгрузку. На машине оно быстрее, но в лесу торопиться нельзя. Кстати, нужный, подходящий материал для скульптур я выбирал сам. На каждое дерево выписывался порубочный паспорт. Старался отыскивать больные экземпляры, но не всегда это получалось. А вот и круглая поляна, будущая «Поляна сказок». Почему будущая, сегодня уже будет настоящей. Привезли четыре скульптуры. Распределились на две бригады: я с Геннадием Дмитриевичем, а Анатолий с Николаем. Каждой бригаде надо было вырыть по две ямы. Устроили соревнование. Первыми копание закончили мы с Рыжковым. Немного передохнув, занялись изготовлением бетона. Работали без обеда, но закончили только к вечеру. Конечно, устали, но остались очень довольны. Вот они наши первенцы, которым посчастливилось во весь свой рост встать посреди леса, на этой прекрасной поляне, и открыто показать свои деревянные лица. Это загадочный Гном-волшебник. Алёнушка, та самая, у которой был братец Иванушка. Это Карлсон, который живёт на крыше. И четвёртой скульптурой была собака Пиф, с вечной улыбкой, если такая бывает.

Каждое утро я ходил на работу через «Поляну сказок», а вечером тем же маршрутом возвращался домой и видел общение детей и родителей с нашими героями сказок. Душа трепетала и ликовала от понимания, что сделаны первые шаги в создании нового по форме лесопарка «Лосиный остров», первые шаги в его благоустройстве, где очень точно, а главное гармонично надо будет и в дальнейшем вписывать сказочные скульптуры в этот волшебный круг.

НОВАЯ МАСТЕРСКАЯ И СОСЕДИ.

Говоря о двойном празднике, я имел в виду предоставление мне новой мастерской. Дело в том, что в лесничестве заканчивался процесс переселения людей в новые городские дома. Пришло время, когда очередная семья, получив ордер, освободила комнату в одном из домов лесничества и переехала в город. А мне, соответственно, и досталась освободившаяся комната. Новая мастерская состояла из комнаты, кухни, прихожей и маленького чуланчика. Производственный быт, как я уже понял по работе в сарайчике, играет большую роль в творческом процессе. Но больше всего меня порадовала настоящая печка, на которой можно было готовить горячие блюда. Кроме этого, в углу кухни стояла газовая плита. А теперь скажите, разве это не праздник? Через год, пропилив стену, дали вторую комнату. Дверь её выходила на задний двор, и теперь зимой можно было заносить большие заготовки дерева для будущих скульптур. Рядом с домом находился небольшой садик с двумя яблонями и тремя кустами смородины и крыжовника. Но пользоваться их плодами мне не приходилось, так как бывшие хозяева несколько лет подряд приезжали по осени собирать урожай. У небольшого забора-штакетника стоял сарай, над которым возвышались две большие, изогнутые берёзы, украшавшие это место длиннющими ветвями, ниспадающими почти до земли. За сараем рос высокий бурьян вперемежку с кустарником, а уже за ним простиралось не широкое, но длинное поле, разбитое на множество участков, на которых всходила картошка, множество других овощей и зелень. И завершал эту картину высокий красавец смешанный лес, состоящий из берёз, осин и нескольких сосен, верхушки которых заметно главенствовали над лиственными породами.

Был вечер, рабочий день закончился. Я сидел на ступеньках крыльца новой мастерской и смотрел на поле, на лес. Днём был небольшой дождь, и сейчас сырая земля отдавала излишки влаги, которая поднималась, превращаясь в лёгкий туман. И эта серо-голубая масса на моих глазах, как нечто живое, стала завоёвывать поле, расширяясь и поднимаясь всё выше и выше. И всё это, почти волшебное, действо природы проходило на фоне всеобъемлющей тишины. Я смотрел, как заворожённый, и только лёгкий ветерок, дуновение которого всколыхнуло верхушки осин, помог мне прийти в себя. И вдруг, неизвестно откуда послышались звуки струящегося ручейка…

Уж рощей лиственная сень

Росой коралльною дымится,

И чуть заметливая тень

На долы, на поля ложится.

Ленивый ветерок, порхая

И поминутно утихая,

Природу клонит в сладкий сон;

Уж с нею засыпает он.

А.В. Кольцов

Состояние было умиротворяющее, и я остался в мастерской на ночь, порисовать. Картон был слегка тонированный, размером где-то 80 см на 65 см. Разноцветные мелки периодически менялись у меня в руке, и вот из тёмно-синего космоса стали появляться разноцветные планеты. Они, вращаясь одна за другой, занимали положенное им место и замирали в ожидании, чего же ещё художник нафантазирует на этом листе.

На следующее утро я проснулся от шума, доносившегося с другой стороны дома. Так я понял, что у меня есть соседи. Ими оказались Михаил Григорьевич и его жена Антонина Мартыновна. Сын их был женат, и вскоре в их семье родилась Оленька. Сам дед работал в парке завскладом.

В городе у них уже была новая квартира, но старое жильё им оставили, дабы человек с такой должностью должен был всегда находиться рядом. Так уж получилось, что с одним из первых служителей лесных угодий я познакомился именно с Михаилом Григорьевичем. Ну а кто же, спрашивается, выдавал мне топоры, пилы и другой рабочий инвентарь. Конечно же завскладом, наш милейший, тишайший. Говорил он почти шёпотом, ни одного лишнего слова, но всегда настаивал на своём. Как у него это получалось, я до сих пор не пойму. Антонина Мартыновна наоборот, была женщиной яркой, инициативной. Очень быстрая, она появлялась молниеносно то здесь, то там. Вся работа по дому, по огороду лежала на ней. Ссор в этой семье не было никогда, но было какое-то необъяснимое напряжение в их отношениях. Я почти не видел на их лицах улыбки, но она появлялась, когда Михаил Григорьевич общался с женщинами, особенно с интересными и молодыми. Тогда лицо нашего завхоза преображалось: вспыхивал лёгкий румянец, глаза начинали искриться и, наконец, появлялась та самая улыбка, которой так не хватало Михаилу Григорьевичу. Как-то мне понадобился электро-рубанок. Придя на склад, я попросил у него этот инструмент. Не тут-то было! Никакие доводы, убеждения не смогли сломить ворота твёрдости и принципиальности моего соседа. Ну просто кремень. Или записка от начальства, или его присутствие, вот тогда я получу то, что мне нужно. Но такое случалось редко. А что касается электро-рубанка, то я выписал его себе для постоянной работы. Надо было просто немного подумать, да и вообще, с людьми лучше жить в дружбе, тем более с соседями. Постепенно знакомясь и общаясь с коллективом работников лесничества, я понял, что народ здесь простой. Живя и работая в лесу, люди больше находятся в гармонии, которую несёт в себе, изначально, природа. Спокойствие и размеренность в работе приносило ей только пользу. Вспоминается поговорка: «Поспешишь, людей насмешишь». Вот я и не спешу, идя в контору, где сидит самый главный человек лесничества Новиков Виктор Савельевич. Вдыхаю лесной воздух полной грудью, так как иду получать зарплату. Помните слова врача: «Дышите, больной». Не понимаете – скоро поймёте. Копеечку (так я называю любые деньги) будет выдавать сам лесничий, он же ещё один мой сосед. Представьте себе высокого, красивого молодого человека, по типажу – герой-любовник. Чувствовалось, что лесничий знает себе цену и достойно несёт себя по жизни. Так вот этот молодой, красивый, запечатлев на своём лице обаятельнейшую улыбку, произносит в который раз: «Виктор Георгиевич, вы уж нас простите, но пока мы можем заплатить вам столько же, сколько платили в прошлые разы, а именно семьдесят рублей за месяц. В дальнейшем…возможно…!? Скажу сразу, действительно были в дальнейшем месяцы с приличной зарплатой, но, к сожалению, случаи такие были редки. Да и должности, на которых я находился, были разные. Были такие времена, когда я год или два числился художником. В остальное время – рабочим или лесником. В общем-то, мой приход в лесничество можно сравнить с нырянием головой в прорубь. Я не знал, в каких условиях буду работать, с кем общаться. Зато отлично представлял, что буду делать. А это было главным. С лесничим у нас установились дружеские отношения. Сблизило нас общее имя, а главное, оказалось, что мы родились в один и то же день. Поэтому иногда вместе справляли, в один из зимних дней, наш день рождения. Благо домик, в котором обосновался Виктор Савельевич, находился рядом с моей мастерской. Наличие такого помещения обуславливалось спецификой его работы в лесу. Постоянные рейды по парку и частые ночные дежурства, особенно в праздничные дни. Ещё одним соседом, живущим в этой же избушке, был, уже знакомый нам, помощник лесничего Геннадий Дмитриевич Рыжков.

ЛЕСНИЧЕСТВО, ИЛИ САНАТОРИЙ, В КОТОРОМ

ВЫРАЩИВАЮТ РЕДИС.

Летели дни и недели, бежали месяцы. Работа по созданию скульптур не прекращалась ни на один день и уже подходила к концу. Имеются в виду изделия для «Поляны сказок». Кроме этого, мы с Виктором Савельевичем выбрали участок земли в самом лесничестве, недалеко от самой «конторы» и рядом с моей мастерской. Там сохранился сад, в котором росли яблони, сливы и кусты сирени. Нашей задачей было вписать в эту естественную среду клетки для птиц. Лесничий подключил для их изготовления нашего столяра-плотника Бокова Ивана Фёдоровича. Работа закипела и в этом направлении. Кроме этого начался поиск любителя и знатока птиц, орнитолога, который взялся бы за их обслуживание.

За время работы в парке у меня появилось много знакомых, выражающих своё признание и благодарность за начинание в благоустройстве парка. Кто-то даже задавал вопросы, касающиеся лесоустройства. Но были и такие (чему я был очень удивлён), которые называли наше лесничество – санаторием. «Ну а как же, - говорили они, - вы же всегда в лесу, на свежем воздухе. Да и работа у вас так себе, не пыльная. Ну, ежели только иногда, подрубите немного дровишек, да подберёте два-три брёвнышка с дороги».

Как трудятся лесники, я видел, и поэтому ответом моим было приглашение оппонентов поработать, хотя бы временно, в лесопарке, почувствовать на себе всю прелесть «санаторной» трудотерапии.

Основная масса работающих в парке – лесники, главной задачей которых является охрана леса. За каждым из них закреплена конкретная территория в своём лесничестве, называемая - обход. В этот обход могут входить до двух кварталов, - это участки леса, разделённые прямыми просеками. Хочешь, не хочешь, как только пришёл на работу, шагом марш на обход. Именно за это государство платит тебе зарплату. Чтобы на твоём участке было всё в порядке: никаких порубок леса, возгораний и, тем более, костров. Путь туда-сюда исчисляется километрами. И вот после такой прекрасной лесной прогулки, придя в лесничество, вы слышите команду: «На валку леса коней запрягай!» Лесная чаща ждёт тебя. Твоей задачей, приехав на место, является валка деревьев, их раскряжёвка, обрубка сучьев, погрузка и вывоз. Ну как вам такой санаторий? Это лето, тихий, безветренный день, птичье многоголосье ублажает слух твой. А теперь представьте, что это зима. Холодный, пронизывающий насквозь ветер валит с ног. Мороз за двадцать. Руки леденеют. Дальше продолжать не буду, самому холодно стало.

Второй вариант, что часто бывает, надо двоим – троим за день напилить и расколоть машину дров. Но в этом есть и свой плюс,- работы оплачиваются по нарядам, отдельно от ставки за охрану лесных угодий. Ну, где же вы любители природы и санаториев? Мы всегда ждём вас с распростёртыми объятиями! Вообще-то приходили, устраивались, но, как правило, зимний период выдерживали не многие, хотя физически были в норме. При приёме на работу обязательный медицинский осмотр.

За долгие годы творческого труда в лесопарке передо мной прошло много молодёжи. Душу редко кто открывал. Были такие, но это, как правило, было исключением. Этот пришёл по осени. Строением крепкий, высокий, лицо мужественное. Представился Владимиром. Поговорить может, но лишнего не скажет. В общем, человек в себе. Зимовку перенёс достойно. А по весне, как только сошёл снег, решил разбирать фундамент дома, который снесли ещё года три назад. Фундамент был большой, из красного кирпича. «Я,- говорит, хочу здесь кое-что посадить». Участки на общем поле к тому моменту были все заняты, и поэтому новому леснику пришлось осваивать новое место. Но почему именно здесь, где лежал кирпич, под домом так и осталось загадкой. Владимир с завидным упорством, в свободное время выкорчёвывал фундамент. И вскоре последний кирпич был вынут. Далее он привёз земли и навоза, перемешал всё это и перекопал. Лесники приходили, смотрели на всё это, поражаясь трудолюбию, выносливости и настойчивости городского парня. Я же поражался его непоколебимой тяге к земле, особенно когда он начал посадку. С какой любовью сеял Володя семена редиса. До этого момента всем в лесничестве было ужасно любопытно, что же он там посадит? Теперь, когда все узнали, что он посадил, успокоились. Но тут же снова встал вопрос, а зачем так много? Лесной народ опять заволновался. Всё сам, да сам, ни с кем не посоветуется. Но каждодневная тяжёлая работа, да личные огороды постепенно успокоили граждан. Финал оказался трагичный. Нет, нет, что вы?! Все живы и здоровы! Просто незнание Владимиром агротехники привело к тому, что весь редис вытянулся и ушёл в цвет. Благодаря ли тесной посадке, или длинному световому дню. А, может, виноваты были звёзды или любовь. Кто знает, только к этому полю он больше не приближался, как, впрочем, и к другим, да и вообще, вскоре уволился.